быть может, Мексики. В 1941 году Гарольд Кристи сопровождал сэра Оакса в его поездке в Сальвадор — там баронет интересовался условиями добычи золота и возможностями ведения бизнеса с использованием индивидуального оффшора. Кроме того, он давно не видел детей и хотел их повидать, по мнению сэра Оакса, то, что они росли вдали от него, было неправильно. Поэтому буквально за 12 часов до своего убийства Гарри заказал билет на самолёт до Флориды. Он планировал улететь из Нассау в 2 часа пополудни 8 июля, чтобы затем поездом добраться до Бар-Харбора.

Во второй половине дня накануне убийства он заехал в контору Кристи на Бэй-стрит в Нассау и предложил тому посмотреть завтра утром на его стадо. Кристи согласился и предложил позвать также Этьена Дюпюша (Etienne Dupuch), владельца и редактора местной газеты «Daily Tribune». Ну, а что такого? Пусть газета напишет о работе баронета по обеспечению продовольственной безопасности островитян!

Сэру Оаксу идея понравилась, и Кристи сразу же позвонил в редакцию. Дюпюш загорелся идеей подготовить материал об овечьем стаде, и они условились встретиться в 9 часов утра 8 июля на территории «Уэстборна». Дюпюш сказал, что возьмёт с собой журналиста Рэймонда Мосса.

После окончания разговора сэр Оакс пригласил Кристи скоротать вечерок в его резиденции. Гарольд оставил офис на секретаря, уселся в свою машину и двинулся на ней за автомобилем баронета. Они приехали в «Уэстборн», где повстречались с двумя девушками — Кристи Салли Сойер, племянницей сэра Гарри, и подругой последней Вероникой МакМэхон.

Гарольд Кристи. Этот человек претендовал на роль лучшего друга убитого баронета и объективно должен был считаться важнейшим свидетелем по делу, поскольку провёл с сэром Оаксом последние часы его жизни и обнаружил его мёртвое тело в 7 часов утра 8 июля 1943 года.

У сэра Гарри имелась довольно многочисленная американская родня — три родных сестры и младший брат, а также множество дальних родственников — поэтому в его домах нередко гостили всевозможные кузены, кузины, племянники и племянницы. Сойер и МакМэхон приехали в «Уэстборн» отдохнуть и время от времени составляли баронету партию в его играх — карточных либо в теннис. Вечером 7 июля девушки также сыграли в теннис с Кристи и сэром Оаксом, образовав две смешанные пары.

Услыхав рассказ об игре в теннис, капитан Мелчен поинтересовался физической формой баронета. Вопрос был уместен, сэру Оаксу шёл 69-й год… Кристи ответил, что сэр Гарри сохранял неплохие физические кондиции, был силён физически и довольно подвижен, что неудивительно, ведь в юности и среднем возрасте ему приходилось много работать физически.

В общем, Кристи и баронет сыграли с девушками в теннис, а затем вся компания отправилась на вечерний коктейль. На коктейль также прибыли гости — Далсибель Хеннедж, жена офицера военно-воздушных сил и по совместительству интимная подруга баронета, и миллионер Чарльз Хаббард, вышедший на пенсию исполнительный директор крупной торговой компании «Woolworth». Участок Хаббарда находился по соседству с территорией поместья «Уэстборн», и сам Чарльз был нередким гостем на тихих семейных мероприятиях баронета.

Итак, компания достигла шести человек. Некоторое время они общались все вместе — корректно и заинтересованно — затем племянница и её подруга отделились и ушли в свой дом.

Далее последовал лёгкий ужин, после которого компания села играть в китайские шашки. Погода ощутимо портилась — низкая облачность скрыла звёзды, завыл ветер, начался сильный дождь с грозой. В 23 часа Чарльз Хаббард предложил миссис Хеннедж отвезти её в Нассау, следовало спешить, пока погода совсем не испортилась. Кристи в свою очередь поинтересовался у хозяина дома, может ли он переночевать здесь. Просьба была совершенно обыденной, Кристи частенько проводил ночи в главной резиденции «Уэстборна», кстати, он и предыдущую ночь [то есть с 6 на 7 июля] также спал здесь.

Сэр Оакс возражать не стал и тут же вызвал экономку, которой поручил подготовить для Гарольда Кристи восточную спальню на третьем этаже резиденции. После того как распоряжение было выполнено, баронет сообщил экономке, что та может отправляться отдыхать и это же касается остальной прислуги, остававшейся в доме — повара и камердинера, выполнявшего в тот вечер также и обязанности официанта.

По оценке Кристи, дом полностью опустел к 23:30. В это время он вместе с хозяином дома поднялся в спальню последнего. На вопрос капитана Мелчена, проводился ли осмотр окон и дверей, Кристи ответил отрицательно, заметив, что окна и двери в штормовую погоду должны быть заперты по умолчанию, поскольку попадание воды испортит мебель и паркет. Слуги знают, что незапертое в штормовую погоду окно или дверь приведёт к их увольнению, поэтому он не сомневается в том, что всё было надлежащим образом закрыто.

Поднявшись в спальню сэра Оакса, Кристи рассчитывал на продолжение разговора, но баронет не был настроен общаться. Он плеснул в стакан ром и выпил его, после чего положил в другой стакан с водой вставную челюсть — после этого Кристи понял, что сэр Гарри намерен спать и следует удалиться. Он пожелал ему спокойной ночи и… на этом всё. Он вышел из спальни и появился там только в 7 часов утра, чтобы разбудить сэра Оакса.

Отвечая на вопрос капитана полиции о том, как прошла ночь, Гарольд Кристи сказал, что он практически не спал. Во-первых, постоянно гремевший гром мешал сомкнуть глаза, а во-вторых, его терзали комары, во множестве набившиеся под противомоскитный полог. В общем, Кристи настаивал на том, что не спал, но при этом не слышал и не видел ничего, что могло бы быть связано с преступлением, произошедшем буквально в нескольких метрах от его кровати.

Завершая разговор о показаниях Гарольда Кристи, остаётся добавить, что тот сообщил капитану Мелчену — а затем повторил эти слова в ходе официального допроса в штаб-квартире BPF — будто, обнаружив труп сэра Оакса, он выбежал на террасу и стал криком подзывать слуг, которых знал по именам и фамилиям. Всего он тогда позвал трёх человек, но ни один не отозвался, по-видимому, никого из них в тот момент не было на территории резиденции. Сказал Кристи и кое-что ещё любопытное. По его словам, безуспешно позвав слуг, он вернулся в свою спальню, взял там полотенце, намочил его край в умывальнике и вернулся к телу сэра Оакса. Мокрым полотенцем он протёр лицо баронета, сильно закопчённое. Это очень важные показания, причём повторенные неоднократно. При том, что этот рассказ интересен сам по себе, никто никогда не спрашивал Гарольда Кристи о целеполагании его поступков. Что он делал, зачем делал, и почему он делал это именно так, а не иначе?

Запомним сейчас отмеченные детали — и призывы слуг по именам, и забеги из одной спальни в другую, и избирательно намоченное полотенце, и необъяснимое протирание лица… И даже